Category: религия

Category was added automatically. Read all entries about "религия".

Кардинал

Конклав Инквизиции 40000

RGw8Uo63r-0

Таис так и не смогла вспомнить точно, где же ей попадалась эта фраза и кто ее сказал. «В наивысший момент напряжения жизненных сил невольно мы обращаемся к прошлому». Жизнь становится чередой ярких картинок и воображение щедро добавляет в них светлых красок. Здесь, в Аркс Сахнэтис, за насколько часов до начала конклава Таис перебирала самые ценные, самые лично ей дорогие воспоминания, стараясь не слишком откровенно пялиться на инквизиторов и сопровождающую некоторых из них свиту. Сборище было занятным, напыщенным и пугающим.
Таис уставилась в огромное, от пола до потолка, окно, украшенное витражом с изображением Живой Святой, распростершей свои крылья над восторженной толпой. В правой руке святая держала чашу, а в левой — меч, гарду которого щедро украсили белыми лилиями. Ольгерд включил Таис с свою свиту так же как Рокрита и Марло, и сейчас о чем-то тихо переговаривался с последним, хмурясь и посматривая то на трон Великого Магистра, то на кафедру, за которой будет выступать главный обвинитель.
Она удивилась, увидев Ольгерда в наверняка дорогом черном кожаном камзоле, длинном, украшенным множеством заклепок и шнуровок. Камзол поверх черной шелковой рубахи и черных кожаных брюк, заправленных в парадную версию его любимых высоких сапог с множеством металлических накладок и шипов, кожаные перчатки с высокими крагами. И серебряные перстни с инсигниями. Сама Таис, собираясь на конклав, решила одеться поскромнее, о чем сейчас и сожалела, глядя на пышные наряды некоторых служительниц Инквизиции. Отбывая на борт «Воителя Жукова», она захватила с собой совсем немного вещей, так что особенно не разгуляешься. Таис остановила свой выбор на приталенной кожаной куртке с яркими аппликациями, короткой спереди юбке с элегантно торчащими оборками на длинном «хвосте» турнюра, расшитом мелким жемчугом шелковом корсете и удобных высоких сапогах на внушительной платформе и каблуке. Конечно, куда ей до вот той дамы в роскошном платье со шлейфом, который поддерживают два парящих в воздухе херувима. Или вон того господина, который, похоже, решил, что камзол и меховой плащ, просто усаженные драгоценными каменьями – это признак высокого статуса, а вовсе не дурного вкуса. Ну да ничего, зато у нее достаточно короткая юбка для того, чтобы все видели, какие длинные и стройные у Таис ноги. Не каждая женщина такими может похвастаться, особенно из здесь присутствующих!
Процесс был открытым для тех, кто служил в Инквизиции и достиг определенного уровня доступа, посторонние на него, разумеется, не допускались, но по мнению Таис все равно здесь было слишком много народа. Взять хотя бы того сгорбленного старика закутанного в меховой плащ размера явно большего, чем требовалось. Он слишком часто поправлял шляпу с высоченной тульей, на которой зловеще поблескивала литера I. Ольгерд пояснил, что этот старикан только на вид вот-вот развалится, а на самом деле Ордо Еретикус в лице Мирослава Мавротила еще нескоро потеряет весьма ценного сотрудника. Рядом с Мавротилом сидел мускулистый и туповатый на вид мужик, чем-то очень отдаленно напоминающий Рокрита, но без искры живого ума и сообразительности. Со слов Ольгерда, Лаури Кеттонен - мастер пыток, состоящий на службе Мавротила лично вот уже много лет. Являясь непревзойденным мастером допросов, Лаури пользуется определенным уважением в первую очередь за то, что умеет убеждать, зачастую не прибегая непосредственно к неприятным для заключенного процедурам.
Опыт, как-никак.
Collapse )
Кардинал

А нас-то за что?!

И рыбку съесть и на кол не сесть...



Эти бессмертные слова Полиграф Полиграфыча вспомнились мне, когда читал строки из одной из последних работ Б.Н. Флори, посвященной связям между Москвой и русскими землями Речи Посполитой в конце XVI - начале XVII вв.,


Q8301-1



что посвящены были запорожским казакам и их отношениям с Россией в первые послесмутные времена.



      История, надо сказать, прелюбопытная и как бы в зародыше показывает тот сценарий, по которому будут развиваться отношения между Москвой и "черкасами" в последующие десятилетия, в т.ч. и после Переяславской рады и во времена пресловутой "Руины" (да и много позднее тоже).
      В общем, дело обстояло так. Еще до Смуты сложились отношения между "черкасскими" казаками (вт.ч. и запорожскими) и Москвой, которые можно охарактеризовать как "служебные". Казаки воевали с татарами, и под это дело получали из Москвы денежное, хлебное, пороховое, свинцовое и иное жалование, что позволяло им, в случае необходимости, заявлять о том, что они де "здавна есть слуги его царского величества" и потому, к примеру, "без ведома его црской милости" не желают вот так заспросто идти на службу римскому императору. Больше того, когда в конце ЯЧМШ в . в отношениях между польской короной и "черкасами" пробежала черная кошка, то, как пишет историк,

уже в 90-е гг. XVI в. в сознании казачества возникло представление, что в критической ситуации казацкое во2йско сможет найти убежище в России

      Одним словом, продолжал дальше Б.Н. Флоря,

к 1605 г. можно говорить о достаточно долгой традиции "службы" Запорожского войска, заключавшейся в защите южных границ Русского государства от набегов крымских татар

      Впрочем, не будем сильно обольщаться, ибо наряду с традицией службы московским государям наши "черкасы" и запорожские казаки имели и другую традицию - достаточно вспомнить о том, как они совершали набеги на детей боярских и стрельцов Ивана Грозного, когда в конце 50-х - нач. 60-х гг. XVI в. те действовали в низовьях Днеепра, или действия все тех же "черкас" в Поле в 80-х - нач. 90-х гг., когда они для русских гарнизонво "польских" городов и колонистов были врагами едва ли не пострашнее, чем собственно татары. В общем, волки были еще те, и, сколкьо волка не корми... Одним словом, волчья натура "черкас" и запорожцев очень скоро проявилась самым что ни на есть подлым образом - аоно и правда, ведь оказанная услуга уже не услуга. В общем, в годы Смуты славное лыцерство показало себя с самой "лучшей" стороны и оставило о себе память, пожалуй, что даже и худшую, чем сами ляхи. Единственные, кто мог с ними сравниться в злодействе, так это сами русские "воры", служившие не только и не столько самозванцам, сколько собственной корысти. В общем, пишет Б.Н. Флоря, "подвиги" лыцерства способствовали тому, что

в русских правящих (да и не только в правящих) постепенно складывалось представление о "черкасах" не только как о грабителях и разбойниках, но и как о врагах веры, враждебной силе

Collapse )
Кардинал

Лестница, как символ. Только чего?

Лестница в небеса?



У окна Храма Гроба Господня в Иерусалиме прислонена деревянная лестница, которую никто не может убрать уже 100 лет.
Она так высоко стоит? Она является элементом несущей конструкции? Может у неë есть некий сакральный смысл, символизирующий восхождение к Богу?
Всё как всегда прозаичней.
Лестницу не могут убрать из-за того, что владеющие храмом шесть христианских конфессий никак не могут договориться между собой. Когда-то давным-давно между ними было заключено соглашение ничего не ремонтировать, не перемещать и не трогать в храме без согласия всех шести сторон. Лестница стоит на парапете, который принадлежит Греческой православной церкви, а опирается на стену, которая находится во владении Армянской апостольской церкви.
А поставил еë туда какой-то неизвестный рабочий непонятного вероисповедания, во время ремонта почти сто лет назад. Вот будет хохма, если выяснится, что он вообще был буддистом.

Меня этот факт наталкивает на две мысли.
Первая: о каком едином христианском мире можно говорить, если они даже за стремянку порешать не в силах?
А вторая пооптимистичней: каждый из нас может оставить след в истории.



Взято тут https://vk.com/istugar


/ взято у andrewbek-1974 /
Кардинал

Кое что не меняется...

Соперничавшие с одрисами сапеи вели двойную игру. Правившие ими братья, сыновья Котиса I Раск и Рескупорид, каждый с 3000 всадников направились в оба противоборствующих лагеря. Раск занял сторону цезарианцев, Рескупорид — республиканцев. После сражения при Филиппах и гибели Брута Раск без труда выхлопотал у победителей помилование для брата.

(с) А. Козленко "балканское царство в тени Рима":

— Это было во время войн католиков с гугенотами. Видя, что католики истребляют гугенотов, а гугеноты истребляют католиков, и все это во имя веры, отец мой изобрел для себя веру смешанную, позволявшую ему быть то католиком, то гугенотом. Вот он и прогуливался обычно с пищалью на плече за живыми изгородями, окаймлявшими дороги, и, когда замечал одиноко бредущего католика, протестантская вера сейчас же одерживала верх в его душе. Он наводил на путника пищаль, а потом, когда тот оказывался в десяти шагах, заводил с ним беседу, в итоге которой путник всегда почти отдавал свой кошелек, чтобы спасти жизнь. Само собой разумеется, что, когда отец встречал гугенота, его сейчас же охватывала такая пылкая любовь к католической церкви, что он просто не понимал, как это четверть часа назад у него могли возникнуть сомнения в превосходстве нашей святой религии. Надо вам сказать, что я, сударь, католик, ибо отец, верный своим правилам, моего старшего брата сделал гугенотом.

— А как кончил свою жизнь этот достойный человек? — спросил д'Артаньян.

— О сударь, самым плачевным образом. Однажды он оказался на узенькой тропинке между гугенотом и католиком, с которыми он уже имел дело и которые его узнали. Тут они объединились против него и повесили его на дереве. После этого они пришли хвастать своим славным подвигом в кабачок первой попавшейся деревни, где как раз сидели и пили мы с братом…

— И что же вы сделали? — спросил д'Артаньян.

— Мы выслушали их, — ответил Мушкетон, — а потом, когда, выйдя из кабачка, они разошлись в разные стороны, брат мой засел на дороге у католика, а я на дороге у гугенота. Два часа спустя все было кончено: каждый из нас сделал свое дело, восхищаясь при этом предусмотрительностью нашего бедного отца, который, из предосторожности, воспитал нас в различной вере.

(с) Три мушкетера, А. Дюма.

Уверен, если пошарить по мировой литературе и истории, еще можно найти подобных примеров...
Кардинал

Warhammer40: как правильно подать персонажа IV

nFfHTJ-aNrs

... Дед, наверно, пытался подкрасться к Ольгерду незаметно, но тяжелые шаги и стук наконечника палки об кирпичи выдавали его приближение. К тому же, широкие плечи и голова Старого Генерала торчали поверх кустов точно башня танка.
Ольгерд спустился со ступеней и встал, прислонившись к перилам.
- Приперся, опёздол.
Ольгерд не выдержал и хмыкнул. Николай фон Робур в своем репертуаре. Мол, говорить правду - удел смелых, так что утритесь и слушайте, нечего тут кудахтать.
Деда терпеть не могли, деда обожали, деда ненавидели, дедом восхищались, однако Старый Генерал никого не оставлял равнодушным. Он это прекрасно осознавал и делал все для того, чтобы поддерживать образ любителя резких высказываний, строгого, но справедливого.
Опираясь на тяжелую трость, увенчанную набалдашником в виде черепа с аквилой на лбу, дед подошел к крыльцу. Он по-прежнему был на голову выше внука, а вот трубок, торчавших из аугментированных портов в шее и на затылке, стало еще больше, как и морщин на тонкой старческой коже, покрытой старыми рубцами и пятнами от огромных ожогов. Сколько раз он горел в танке, дед не считал и только отмахивался от подобных вопросов. Голова его была, как обычно, выбрита налысо, а на темени красовалась инсигния «Стальной Ярости»: аквила в окружении двух колосьев. Татуировку давно не обновляли, чернила выцвели, однако символ имперского могущества и власти Бога-Императора продолжал украшать лоб, которым, как утверждала бабушка Фрида, было впору рокритовые стены проламывать.
Со стороны посмотреть, так никто и не догадается, что они родственники. А Ольгерд вдруг подумал, что в гнезде фон Робуров он теперь точно подкидыш. Ему даже захотелось сравнить свою ДНК с ДНК деда. Или Эльзы. Есть ли у них вообще что-то общее?
- Ну и моль же ты бледная, патлатая, - критическим взглядом Николай фон Робур окинул Ольгерда, давая понять, что не особо доволен увиденным.
- Здравствуй, дедушка, - сказал Ольгерд.
Почему-то его тянуло улыбнуться. А еще ему казалось, что если бы дед вознамерился указать ему на порог, он бы сделал это сразу.
- Поднасрал ты мне тогда, конечно, знатно, - продолжил дед. – С корпусом-то. Но тебе хотя бы хватило ума не носиться у всех на виду. А вот вернуться домой вовремя ума не хватило. Бабка вся извелась, а потом ночами не спала, когда выяснилось, что в Форштадте случилась заварушка. А потом в Форштадте случилась Инквизиция… - тут дед внимательно посмотрел Ольгерду прямо в глаза своим Самым Пристальным И Суровым Взглядом.
Под этим взглядом терялись даже самые отъявленные наглецы что из числа чиновников Муниторума и столичной аристократии, что из столичных же отбросов, не особо знакомых с не то, что с героями пропаганды Империума, а с календарем и алфавитом. Ольгерд же все-таки поймал себя на том, что смотрит в ответ и не отводит глаз, а надо бы, наверно, попробовать таращиться хотя бы поверх дедова плеча. Но было уже поздно. Дед прищурился и продолжил изучать Ольгерда, остановив внимание на его тяжелых ботинках с магнитными подошвами и коваными носами, типичную обувь докеров и прочих работяг с космических станций и кораблей.
Поэтому Ольгерд просто промолчал. Однако ему все равно было интересно, допускает ли дед саму вероятность того, что его непутевый внук таки прибился к ненавистной Инквизиции.
- Говоришь, на пустотнике в капитановых помощниках ходишь?
- Есть такое.
- Значит, потомок фон Робуров гоняет сраных крыс по корабельному нужнику.
- Грязную работу тоже кто-то должен делать.
- Ну-ну.
А ведь дед прав, подумал Ольгерд. Если сравнить Империум человечества с огромным кораблем, который прорывается сквозь варп... куда бы он там не прорывался, то Инквизиция на борту этого самого корабля выполняет именно что грязную работу. А он, Ольгерд фон Робур, выполняет работу и того грязнее.
Ну хотя бы дед прямо сразу не стал расспрашивать его, точно в старые времена, как там жопа, не болит ли. Ну и все такое прочее.
- Жрать-то будешь? - осведомился дед, засовывая свободную руку в карман формы.
Разумеется, он никогда не ходил в гражданском.
- Буду!
Внезапный топот, хрюканье и пронзительный визг, все это заглушило ответ Ольгерда.
Сначала по подстриженной траве, потом прямо по клумбам с петуньями и дальше по кирпичной дорожке пронеслась свинья. Вернее , упитанный хряк, чистенький, рыжий с черными пятнами. Хряк громко верещал, всхрюкивал и задорно топал копытцами что твой скакун на параде, а в загривок его вцепился оседлавший свинтуса мальчишка, загорелый, в потрепанной одежке.
- Йи-и-и! Деда! Смотри! Я опять!
«Опять». Ольгерд в этом возрасте успел покататься на телятах и гроксятах, совсем-совсем в детстве седлал крупных собак, но вот мысль прогарцевать на кабанчике ему в голову не приходила...
- Опять он, как же! - сначала Ольгерду показалось, что дед зашелся в приступе сухого кашля, но тут же он понял, что это смех. - Ну все, теперь точно засекут. Ну, Алекс, охальник, выдал!
- Он не нарочно, - Ольгерд немедля встал на сторону племянника, хоть и не понял, о чем речь.
Впрочем, причина дедовых опасений выяснилась уже очень скоро. Быстрой походкой из розовых зарослей вышла женщина в форме госпитальерки: строгая темная мантия, белый передник с карманами и огромный накрахмаленный чепец, колыхавшийся в такт уверенным широким шагам. Судя по откровенно военной выправке, сорорите довелось служить Богу-Императору не только в лечебницах ордена Госпитальер, но и в рядах Сестер Битвы. Лик ее был суров, всем своим видом и существом она призывала к порядку.
- Сестра Василиса, - сказал дед, обеими руками опираясь на трость. - Тиран мой домашний. Сейчас выдаст мне пиздюлей, почему не в кресле и почему без шляпы, как будто мне сквозь лысину мозги напечет. Было бы что напечь... И тебе достанется. На вшей, например, провериться предложит.
- Ну хоть не на глистов.
Дед одобрительно хмыкнул.
- Вот Алексу сейчас опять за порося достанется, - сказал он, глядя на мрачную Эльзу, которая идет по розовому саду по направлению к ним. - И за клумбы.
А Ольгерд смотрел на то, как рука в высокой перчатке из плотной гроксовой кожи сжимает и разжимает ручки большого и наверняка очень острого секатора, и что-то ему подсказывало, что причина тревог сестры - вовсе не юный наездник Алекс. А что-то еще, и куда серьезнее...

(с) Страсти по Ольгерду: Инцидент на Красных Озерах / автор Аликс Альберти

Часть 1: https://grigvas.livejournal.com/549910.html

Часть 2: https://grigvas.livejournal.com/696239.html

Часть 3:  https://grigvas.livejournal.com/708901.html
Кардинал

Ельцин-центр своими руками

Как известно, привыкание начинается с детства, в том числе и к важным объектам на территории нашей страны. Ну или как думают те, кто подобное делает. Например, как в данном случае. Интересно, сборник сказок про святые 90-е и набор "мой первый стопарик" прилагаются?

Да, он реально существует
https://www.galacentre.ru/detstvo/konstruktory-dlya-malchikov/3748596.php
(с) yuripasholok

Но, зачем тратить такие деньги? Лучше сделать все проще, дешевле и... полезней!
Collapse )


Кардинал

Warhammer40: как правильно подать персонажа III

ufm2MAf

Предчувствие неминуемой беды становилось чуть ли не осязаемым, казалось, еще немного, и у него появится вкус, кисловатая горечь которого осядет на языке и гортани. Нечто подобное Ингвару в первый и до сего дня последний раз доводилось испытывать давно, задолго до того, как он был призван в Караул Смерти. Пожалуй… пожалуй, да, это был первый раз, когда Ингвар столкнулся с космодесантниками-предателями. Гвардия Смерти, вот как называется этот проклятый чумной легион, несущий не только смерть и разрушение, но и смертельную заразу, что губит и тела, и души. Сигнал о помощи подали сестры Августейшей Стражи, одного из орденов Пронатус, хранительниц священных свидетельств мощи Всеотца и его верных слуг. Саму планету, почти все жители которой обратились в чумных зомби, могло очистить лишь священное пламя Экстерминатуса. Но прежде чем начинать орбитальную бомбардировку, необходимо было спасти имперские реликвии, и не от уничтожения, а от осквернения, что много хуже и страшнее.
Сестры Августейшей Стражи сражались мужественно и самоотверженно, Стая оценила их упорство и волю. Но сороритас было слишком мало, а Гвардейцев Смерти с их чумными рабами – слишком много. Собор, где хранились мощи трех имперских святых, собор, который помнил еще те времена, когда сам Всеотец вел в бой своих сыновей, был окружен, и с каждым часом кольцо сужалось все сильнее. Гвардейцы Смерти, чья изуродованная демоническими болезнями плоть выпирала из-под проржавевшей брони, вели в бой полчища зомби, нечувствительных к боли, одержимых лишь жаждой убийства. Воздух, мутный и омерзительно смердящий, вибрировал от жужжания миллиардов насекомых, которые ежесекундно вылуплялись из яиц, отложенных в огромные гниющие язвы, сочащиеся слизью и трупным ядом...
Призвав на помощь силу родного мира, Ингвар, поднявшись из укрытия, обрушил огненный смерч на предателя, раздутую тушу которого защищали остатки брони на руках и ногах. Нагрудника на нем не было, и дырявый гофрошланг из маски, скрывавшей его лицо, уходил прямо в глубокую рану, рассекавшую грудину и живот, откуда наружу вываливались осклизлые кишки. Впрочем, это обстоятельство Гвардейца Смерти не останавливало. Он подгонял в атаку медленно шаркающих зомби, между которыми довольно проворно скакали меньшие демоны, покрытые нарывами и струпьями жирные тушки на коротких, но сильных конечностях. Их пакостное, почти детское хихиканье почему-то казалось особенно неуместным и оттого вдвойне поганым. Пламя касалось чумного Гвардейца и его свиту с какой-то неохотой, точно брезгуя оскверненной Хаосом плотью, однако объятые им слуги Повелителя Разложения замедлили продвижение. И в этот момент на них обрушился шквал болтерного огня. Казалось, вместе с гниющими телами взрывался и сам воздух, настолько сильна была плотность и скорость обстрела…
Collapse )
Кардинал

(no subject)

С ДНЁМ ЗАЩИТНИКА ОТЕЧЕСТВА!

1598. Сказки по-когрегатски.
...Вот пошла Золушка на бал. И ровно в полночь её платье превратилось в рваные обноски, карета – в тыкву, лошади – в мышей. Но всё это не имело никакого значения, потому что в полночь она была уже без платья и не в карете, а в постели принца!
– Я же запретил сказки править! Кто?! Аааальтааа!!!


1599. Курт Гессе.
Хуже врага только хитрожопые друзья


1600. Хауэр.
Лень возникает в результате нехватки в организме пиздюлей.


Collapse )