grigvas (grigvas) wrote,
grigvas
grigvas

Category:

Так говорил Курт Гессе - 93

С Днем России!
С Днем Рождения, Саранск!
0_104dc9_56f876eb_orig
Альта. Второе поколение.
Виновны ль мы, коль хрустнет ваш скелет
В тяжелых, нежных наших лапах?
А. Блок "Скифы"

1184.  Альта.
Люди не могут оставаться детьми вечно. Как бы нам не было одиноко и больно... мы должны становиться взрослыми.


1185. Бремя власти.
Стол был необычный – и уж точно не предназначался для того, чтобы на нем ели. Неизвестный резчик мастерски изобразил на нём карту Империи: очертания побережья, государственные границы, реки, города.., Рельеф был отмечен не менее искусной раскраской. У каждого большого города была сделана специальная выемка в твердой дубовой столешнице – и там красиво переливались ограненными сторонами драгоценные и полудрагоценные камни: синие аметисты – возле городов, в которых уже было отделение Конгрегации, сиреневый хризопраз – там, где их только планировалось создать. Полупрозрачно-белый халцедон располагался на местах тайных явок, складов и агентурных пунктов связи. Зеленый жадеит означал места, где велись расследования.
– Каждый раз, при виде этого стола я вспоминаю, что именно ты настоял на создании подобного макета Империи. – Отец Бенедикт как всегда смотрел на стол-карту с неким благоговением, как на одно из чудес. – Я предлагал обойтись обычной картой, Альберт вообще считал, что необходимо обойтись без подобного īnstrūmentum’а…
– Карта слишком легковесна, ее легко можно свернуть в и спрятать под одеждой. – Сфорца стоял, как полководец: руки скрещены на груди, ноги расставлены, голова откинута назад – бесспорно, он или неосознанно вспоминал свое прошлое кондотьера или копировал кого-то. – Обойтись простыми записями можно, но это не создает нужного эффекта – только над подобным… изделием можно понять всю важность наших задач и проникнуться всей ответственностью нашей миссии…
Он внезапно замолчал, потом улыбнулся.
– Прозвучало чересчур пафосно?
– Немного. – Отец Бенедикт улыбнулся в ответ. Протянул руку и провел рукам по ближайшим камешкам. – Но ты прав – все наглядно. Даже слишком.
Он ткнул пальцем в выступающий из столешницы деревянный рычажок:
– Я помню, что если нажать здесь – столешница перевернется, скинув все камни на пол. Предосторожность против шпионов… А ты никогда не думал…
– Предпочитаю об этом не думать. – Сфорца перекрестился. – Спаси Бог от подобных мыслей, не говоря уже о действиях…
Они замолчали – и молчали в унисон, как могут молчать два старых человека, много переживших в прошлом и объединенных общим будущим. Перед ними блестели в солнечных лучах камешки, скрывающие за собой чьи-то судьбы. 
В дверь постучали – тихо и деликатно, но вместе с тем – твердо и решительно, как мог стучать только личный секретарь кардинала. Короткий диалог… Вернувшись, Сфорца молча поместил возле Штутгарта новый камень, самый ненавистный им обоим (все ж итальянец был прав с эффектом подобного макета!) – кроваво-красный рубин. Рядом лег кусочек пергамента. Бенедикт, прищурился, прочитал только: «Таннендорф…». Дальше шло имя. Он тотчас зажмурился, мнимо оттягивая мгновения от страшного момента узнавания.
– Ты не волнуешься за них, Гвидо?
– Если бы это их спасло, то я бы днями волновался.
Время истекло. Он открыл глаза и прочел имя.


1186. Девиз при входе в Академию св. Макария:
Важность образования заключается уже в том, что образование нужно для осознания его необходимости.


1187. Неизвестный инквизитор (а может быть, хорошо знакомый):
Абсурдно делить людей на хороших и плохих. Люди бывают или забавные, или занудные.



1188. Антонио Висконти:
Когда предлагают деньги, то никто не жалуется на плохой слух.


1189. Хауэр:
Опасней всего дурак, выучивший пару грязных трюков.


1190. То, что осталось за кадром (финал беседы Курта и Маргарет):
— Я тебя прекрасно понимаю. Если бы я был женщиной, я бы сам на себя запал.
— Что?!..


1191. Истина.
– О чем думает каждый зондер перед тем, как неожиданно атаковать гнездо стригов или логово оборотней? О том, как ладно пригнано оружие?
– Ну, что вы.
– О толщине серебрения своих доспехов?
– Об этом мы думаем в последнюю очередь.
– Благодарите мысленно Хауэра о том, что он вам преподал?
– Об этом командир думает, не мы.
– Так о чем же?!
– Мы думаем хором: Почему бы Ною было не прихлопнуть ту пару комаров?!!!


 1192. Финк:
Это не пивной живот, это защитное покрытие для моих крепких, как камень, мышц.


1193. Курт Гессе:
Если влип по полной, надо совершить какую-нибудь огромную ошибку.


1194. Неизвестный малефик:
Продавшиеся лучше всех знают себе цену.


1195. Триумф алхимии.
Раненый инквизитор долго лечится на тайной базе в Ульме. Со временем впал в скуку и хандру: выходить нельзя, книги все прочел, темы для разговоров с доктором все перебрал, а за окном девушки нарядные гуляют…
– Эх, герр Штейн, вы знаете дорогу к счастью?
– Второй шкаф справа, третья полка сверху. Колба четыре слева.



1196. Александер:
Запомни, момент, когда ты делаешь шах и мат, считается самым опасным.
Tags: Конгрегация
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments