grigvas (grigvas) wrote,
grigvas
grigvas

Categories:

История чукчей-I

Оригинал взят у haritonoff в История чукчей-I


Первые охотники на мамонтов пришли на Чукотку около 20 тысяч лет назад из более южных областей Центральной и Восточной Азии. Прошли тысячелетия, очертания континентов изменились, мамонты закончились, а жизнь обитателей Берингии почти не менялась…

Около четырех тысяч лет назад пришельцы из саяно-байкальского региона, смешавшись с местным населением, положили начало чукотскому и корякскому этносам. По меньшей мере в первом тысячелетии нашей эры чукчи, оставаясь одним народом, разделились по укладу жизни на береговых и материковых – первые вели образ жизни оседлых добытчиков морского зверя, вторые приручили оленей, хотя оставались по большей части охотниками; переход к крупнотабунному оленеводству как основному способу хозяйства (вследствие событий, о которых речь пойдет дальше) начал происходить лишь в XVII-XVIII веках. К тем же векам времени относится и происхождение самого слова "чукча" – от эпитета тундровых оленеводов "чаучу" (мн.ч. "чаучавыт") – "богатый оленями". Береговые чукчи назывались анк’альыт ("морской народ") или рам’аглыт ("прибрежные жители") Сами себя как народ чукчи определяли словом " луораветлян" (мн. ч. "луораветльэт"). Слово это, как и самоназвания множества других народов, обозначает просто "люди", точнее, "настоящие, нормальные, люди" – в отличие от "неправильных" иноплеменников. В конце 1920-х годов, кстати, название "луораветланы" бытовало в качестве официального.



Быт чукчей до XVII века, навыки их жизни в арктическом климате, прошедшие проверку тысячелетиями, позволяют представить быт и жителей Европы времен последнего оледенения и по-новому взглянуть на некоторые факты. Например, как-то по умолчанию считается, что к исчезновению из обихода охотников бола и дротиков с копьеметалками привело изобретение более совершенного орудия – лука. Однако чукчи до XIX века вполне эффективно использовали эти по какой-то причине забытые в Европе приспособления одновременно с луками – для охоты на некрупную дичь и водоплавающую птицу.

Интересно, что уровень жизни чукчей и других арктических народов был относительно высок, по ряду показателей (продолжительность жизни, детская смертность, заболеваемость, вероятность голода и др.) гораздо выше, чем, например, у жителей Юго-Восточной Азии – благодаря отсутствию многих возбудителей инфекционных заболеваний и наркотических продуктов, низкой скученности населения и высококалорийной животной пище. От отсутствия растительной пищи северяне тоже не страдали – луораветльэт использовали в своем рационе несколько десятков видов дикорастущих клубней, трав, корней, ягод, морскую капусту, а в одних только листьях полярной ивы (съедобны ее молодые побеги) содержится в 7-10 раз больше витамина С, чем в апельсинах.

Из вклада чукчей в мировой технический прогресс нужно упомянуть каркасные морские суда – каяки и байдары, конструкция которых оказалась настолько совершенной, что с незначительными изменениями (касающимися главным образом материалов) легла в основу современных спортивных аналогов с аналогичными названиями.




Слева: каркас носовой части традиционной чукотской байдары (модель). Справа: знакомое многим изделие. Интересно, что аналога слова "байдарка" в английском и большинстве других европейских языков нет, и, к примеру, тот же "Таймень-3" по международной классификации является "трехместным каяком".


Непромокаемые куртки древних каякеров: из китовых кишок (слева) и рыбьей кожи (справа).





Стабильной хозяйственной ячейкой береговых чукчей была промысловая артель – восемь-десять человек, экипаж промысловой байдары: гарпунер, шкипер-рулевой (он же обычно хозяин байдары) и шесть-восемь гребцов. Обычно такую артель составляли родичи, но если один род не мог укомплектовать экипаж, к ним присоединялись неродственники. Богатые роды, соответственно, владели несколькими байдарами.



Чукотскую ярангу часто представляют и рисуют в виде остроконечного чума или типи, на самом деле она больше поминает юрту – приземистый шатер 3-4 метра в высоту и 10-15 метров в диаметре, предназначавшийся обычно для нескольких родственных семей и довольно неудобный для перевозки, несмотря на кочевой образ жизни хозяев. В центре было "общее помещение" с очагом, а у стен напротив входа устанавливались "спальные помещения" – пологи примерно 2х4 метра, каждый из которых принадлежал одной семье. Каждое утро женщины снимали полог, раскладывали на снегу и выбивали колотушками из рога оленя; для вентиляции в его стенках имелись отверстия, при необходимости закрывавшиеся пробками из меха. Изнутри полог освещался и отапливался лампой-жирником – каменной плошкой с фитилем, наполненной китовым и тюленьим у береговых или вытопленным из раздробленных оленьих костей жиром у материковых чукчей. Внутри полога было настолько тепло, что люди обычно сидели там нагишом. Между входом в ярангу и очагом имелся еще холодный "тамбур" для теплоизоляции и хранения продуктов. Каркас яранги изготавливали из дерева, а береговые оседлые чукчи часто из китовых костей – это делало жилище более массивным и устойчивым к штормовым ветрам.



Стойбища насчитывали до десяти яранг, которые обычно располагали в ряд с запада на восток. Первым с запада ставили жилище главы стойбища, общественное положение которого побывавший в плену у чукчей казак Б. Кузнецкий в 1756 году описывал так: "Предписанные чукчи главного командира над собою не имеют, а живет всякой лучший мужик со своими родниками собою, и тех лучших мужиков яко старшин признают и почитают по тому только одному случаю, кто более имеет у себя оленей, но и их вменяют ни во что, для того, ежели хотя на малое что осердятся, то и убить их до смерти готовы…" В чукотском сказании говорится: "Долго слушали воины и не послушали своего вождя". Обычно таким вождем (умилыком) становился сильнейший воин стойбища, им можно было стать, победив предыдущего умилыка. Вождь требовал себе часть добычи, непокорного он мог вызвать на поединок, после чего "на законных основаниях" убить.

Глава большой патриархальной семьи (включавшей несколько малых семей, объединенных родственными связями – население яранги) был полным хозяином внутри нее и также мог прикончить любого из членов своей семьи без каких-либо для себя последствий, люди могли лишь осудить его поступок, но не вмешаться.

При этом на войне ополчением порой (но не всегда) мог командовать какой-нибудь опытный старичок, а не самый сильный воин. Важные решения также часто принимали старики, совещаясь с умилыком, который лишь вносил на совет предложение, например, о заключении мира. Впрочем, старики у чукчей редко жили долго: став неспособными самостоятельно промышлять, они обычно просили ближайших родственников лишить их жизни. Принявшие такую добровольную смерть, согласно мировоззрению чукчей, попадали в верхний мир, подобно павшим в бою воинам. Скончавшихся же от болезни ждал нижний мир – кэле, обиталище носителей зла.



Шаманы на Чукотке не выделялись в отдельную касту, не имели специального костюма и на равных с другими членами общины участвовали в охоте, войне и работах по хозяйству. Некоторые шаманские функции мог выполнять глава семьи, и в каждой семье был свой бубен, семейная святыня, его звучание символизировало "голос очага". Часто бубны использовались как обычный музыкальный инструмент, наряду с варганами и лютнями (у чукчей были лютни, да). Интересно, что каждый человек имел, по меньшей мере, три "персональные" мелодии, сочиненные им в детстве, в зрелом возрасте и в старости (чаще, правда, детскую мелодию получали в подарок от родителей). Возникали и новые мелодии, связанные с событиями в жизни (выздоровлением, прощанием с другом или возлюбленной и т. п.). У шаманов были свои персональные напевы для каждого из духов-покровителей.


Справа: непременной принадлежностью каждой семьи был снаряд для добывания огня. Огонь, добытый таким способом, считался священным и мог передаваться родственникам только по мужской линии. В настоящее время лучковые сверла хранят как культовую принадлежность семьи.

Вопреки распространенным сегодня представлениям о флегматичных северянах, древние чукчи отличались крутым нравом и взрывным характером. Из-за бытового пустяка или разногласий в торговой сделке могла вспыхнуть ссора, переходящая в драку, нередко заканчивавшуюся убийством, а там в действие вступали обычаи кровной мести и талиона. Впрочем, в отношениях между родственниками кровная месть часто заменялась вирой или вызовом обидчика на поединок. А сражаться чукчи умели…

Продолжение следует
Tags: Вархаммер, Интересно, История, Первопроходцы
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments