September 24th, 2021

Кардинал

Два генерала.



"Вы, чьи широкие шинели
Напоминали паруса,
Чьи шпоры весело звенели
И голоса,

И чьи глаза, как бриллианты,
На сердце вырезали след, —
Очаровательные франты
Минувших лет!"

Марина Цветаева




Те, кто имел честь видеть портреты генералов Двенадцатого года, знают, что подавляющее большинство из них, особенно действительно что-то решавшие на поле боя, были отнюдь не "очаровательные франты", а дяденьки далеко за тридцать и за сорок:

800px-Михаил_Андреевич_МилорадовичAlexei-jermolovDmitry_Sergeyevich_Dokhturov

Их суровые мужские грызла, даже смягченные кистью Доу и его подмастерий, напоминали, скорее, морды волкодавов, медведей или честных боевых коней, коими они, по сути, и являлись. Коновницыин, Лихачев, Дохтуров, Раевский, Ермолов - все они если и были малютки-мальчики, то отнюдь не вчера. Военачальники до тридцати встречались относительно редко. Это, в принципе, было разумно - опыт, позволяющий доверить человеку хотя бы полк, приходит не сразу, а юношеская горячность может дорого обойтись армии, как показывает горький пример генерал-майора Кутайсова.

Тем интереснее сравнить судьбы двух нестарых генералов двенадцатого года. Оба принадлежали к аристократии, один - русской, другой - германской. Оба по традиции того времени, описанной Пушкиным в "Капитанской дочке": "Матушка была еще мною брюхата, как уже я был записан в Семеновский полк сержантом..." начали "службу" задолго до совершеннолетия. Дальше, однако, их биографии сильно различаются.

1200px-Tuchkov-4th_A_A_by_Daw

А. А. Тучков, став в семнадцать лет капитаном и полковником в двадцать два, ни разу при том не побывав в бою, формально получил назначение командиром артиллерийского полка. Не прокомандовав, впрочем, им и года, он вышел в отставку и отправился за границу "учиться". В Европе он провел три года, после чего вернулся в Россию, снова поступил на службу и был назначен командиром сперва Муромского мушкетерского, а затем Таврического гренадерского полка. С последним он и получил боевое крещение в 1806 году в несчастливом для русских войск бою под Голымином. В бою проявил храбрость, но каких-либо тактических достижений не показал. Затем полковник был назначен командиром Ревельского мушкетерского полка, с которым провел кампанию 1807, снова проявил храбрость, был награжден орденом Святого Георгия 4-й степени. Багратион, под началом которого действовал А. А. Тучков, назначал его в авангард, ценя отвагу полковника.

Collapse )
Кардинал

Не грози Лангедоку, продавая паленку не в том квартале...



Состояние Европы начала XX века - это весьма обширная тема для исследований. Если кто-то думает, что у нас рвануло просто так, тот несколько ошибается. В Европе всё было тоже ничего так. В том числе и в колыбели революции - Франции. Да, подавляли там восстания не раз, но французы иногда умудрялись зажечь так, что мало не покажется.
Один из таких примеров нашел самарский историк Григорий Циденков. История шикарная, которая очень неплохо показывает, как именно появлялись те или иные права. Чем-то, кстати, "Потемкина" напоминяет.

Летом 1907 года во Франции взорвался Лангедок. Вот прям бах - и у всей провинции снесло крышу. События известны как "Восстание виноделов". Суть, если коротко, заключалась в следующем.
В начале ХХ века на юге Франции случилось перепроизводство вина. В хороший год удавалось продать половину продукции, в плохой - совсем все печально. Чтобы продать вино, стали сбрасывать цены до уровня бормотухи. Это внезапно помогло и многие предприятия стали работать по принципу: делаем 10 процентов качественного бухла и толкаем за дорого, и гоним 90 процентов палёнки. Прежде чем допереть до такой схемы, владельцы виноградников понабрали кредиты, в надежде наладить импорт вина куда подальше. Выручка пошла на погашение кредитов. При таком раскладе на зарплату рабочих денег не оставалось. И им стали добивать зарплату этой самой бормотухой.
Получилось, что в рабочих семьях хоть залейся мутным бухлом, а на хлеб денег нет совсем. Начался натуральный голод.
У нас бы рабочие спились, а французы забастовали - они отказались получать зарплату бормотухой. Более того, они отказались производить бормотуху - ибо честь. Но, на то они и французы - без вина жить тоже не могли. Они потребовали добивать зарплату качественным вином. И тут правительство совершило самый тупой, самый идиотский поступок в данной ситуации. Ничего тупее просто не придумаешь - для Лангедока закупили вино в Алжире.


Еще раз. Для французов, поколениями делающих вино, закупили бухло в Алжире. Естественно по дешевке. Поддержали местных производителей

Долбануло так, что правительство Клемансо долго ходило под себя.
Население Лангедока тогда - примерно 1 миллион человек. 600000 заняты в винодельческой отрасли. Вот это все и заполыхало


По городам начались 20-30-тысячные демонстрации с лозунгами "Долой Париж!", "Лангедок не Франция". Отдельные персонажи даже стали призывать вспомнить Каркассон и устроить мерзким северянам кузькину мать.

Collapse )