September 20th, 2021

Кардинал

Медичи III: Козимо Старый и его Олимпиада-80. Апофеоз

Ну что, давайте еще раз поаплодируем возвращению Козимо во Флоренцию…

…и перейдем к делам насущным. Козимо, во всяком случае, так и сделал – сразу, не отходя от кассы.

Ринальдо дельи Альбицци и все его сторонники были немедленно вышвырнуты пинком под зад из Флоренции. На прощание Ринальдо заочно обругал обманувшего его папу Евгения: «И как я мог подумать, что мне поможет удержаться в моем городе тот, кто не смог удержаться в своем!»

Имущество изгнанников частично было конфисковано, частично прибрано к рукам под различными благовидными предлогами.

Богатые семейства, способные потенциально стать новыми Альбицци, получили от налоговой инспекции тонкий намек: или они уменьшают свой живой капитал, вложив его, скажем, в сельскую недвижимость, или… ну, в общем, вы понимаете, что может сделать налоговая.

Цирк с вытаскиванием наугад восковых шариков из избирательного мешка был отменен. Теперь членов Синьории и прочих госслужащих первого звена выбирала так называемая Комиссия Десяти.

И, конечно, Козимо тут был совершенно ни при чем! Он вообще всю жизнь обожал быть ни при чем – какие там должности, какие титулы, о чем вы говорите! Скромный рядовой гражданин, тише воды, ниже травы, жила бы Фьоренца родная, и нету других забот. Ну а что всякие достойные люди оказывают ему честь, советуясь с ним насчет государственных дел – так что ж их, взашей гнать, что ли? Сами, все сами: сами приходят, сами советуются, Синьория сама по собственной инициативе Альбицци из города вышибла, налоговая сама неугодных прессует… Что, узурпация, говорите? Тирания? Окститесь, уважаемые, какая тирания – да у нас демократия, это вам каждый флорентиец скажет!

Кстати, на счет демократии Козимо был прав. Трогать эту любимую игрушку флорентийцев было ни в коем случае нельзя. Пофигу, что на самом деле демократией там уже сто лет как не пахло (это если считать, что она вообще когда-то была), пофигу, что местные олигархи в тех или иных комбинациях всю жизнь вертели городом, как хотели. Зато любой флорентиец при встрече с каким-нибудь неаполитанцем или миланцем мог гордо приосаниться: у вас там, мол, тиран сидит, а у нас ГОРОДСКОЕ САМОУПРАВЛЕНИЕ!

Козимо уважал человеческие слабости, поэтому холил и лелеял местный демократический декорум как зеницу ока. Сложилась парадоксальная ситуация: вся власть во Флоренции по факту сосредоточилась в руках одного человека – но при этом формально все это продолжало называться республикой.

Collapse )
Кардинал

Разведка доложила... Но ей не поверили.

Многие проблемы, что привели к эпическим провалам американцев на начальном этапе Второй Мировой войны на Тихом океане, были вызваны провалами их раз­ведки. И тут речь даже не о том, что американская разведка не смогла вскрыть те же япон­ские планы по поводу того же Пёрл-Харбора – это было бы полбеды. «Белые люди» слишком долго успокаивали себя мантрами о своём техническом пре­вос­ход­стве, что даровано им просто благодаря их цвету кожи и разрезу глаз. Но су­ро­вая реальность показала, что с этим «не всё так однозначно». Так что не менее стра­ш­ной оказалась недооценка технологических возможностей противника. Вне­зап­но выяснилось, что «желтомордые» тоже умеют в технику.


Невидимые «длинные копья»

После Первой Мировой фактическим стандартом для торпед надводных кораблей и подлодок во всём мире стал калибр 533-мм, то бишь 21 дюйм. Но верные заветам дедушки Фрейда японские адмиралы скосили самурайский глаз на крайние не­мец­кие разработки и сказали: «Маловато будет!» И в 1920 году завели для своих будущих линкоров торпеды калибром 610-мм. С линкорами этими из-за Вашингтонского соглашения вышел, правда, небольшой облом, но разве это повод отказываться от та­ких замечательных игрушек – самых мощных на планете торпед?


Лёгкий крейсер «Нагара» был первым японским кораблём, вооружённым 610-мм торпедами. Ещё в 1923 году.

Недолго думая, японцы начали вооружать ими все строящиеся крейсеры и эсминцы. И самоё смешное – в течении 20 лет ни­кто на свете этого в упор не замечал! А между тем японские конструкторы не стояли на месте и с помощью лома и какой-то матери смогли сделать то, на чём обломались их «белые» коллеги – осилили торпедный парогазовый двигатель, который в ка­че­стве окислителя мог использовать не сжатый воздух, а гораздо более эффективный чистый кислород.

Так появились знаменитые «длинные копья», 61-см кислородные торпеды обр. 93, как бык овцу крывшие все зарубежные аналоги уже не только по мощности боевой части, но ещё и по скорости и дальности. С 1936 года все строившиеся японские крейсеры и эсминцы вооружали этими торпедами сразу, а уже построенные по мере сил на них перевооружали. И опять все разведки мира это дело доблестно прохлопали…

Collapse )