?

Log in

No account? Create an account
entries friends calendar profile Previous Previous Next Next
grigvas


Тот самый «желтый билет».

«И веют древними поверьями/Её упругие шелка/И шляпа с траурными перьями/И в кольцах узкая рука…» (А. Блок. «Незнакомка»).
Художник Юрий Анненков (1889–1974) пишет в воспоминаниях: «Студенты знали блоковскую «Незнакомку» наизусть […] Две девочки от одной хозяйки с Подьяческой улицы, Сонька и Лайка, одетые как сестры, блуждали по Невскому, прикрепив к своим шляпам черные страусовые перья. "Мы пара Незнакомок, — улыбались они, — можете получить электрический сон наяву. Жалеть не станете, миленький-усатенький (или хорошенький-бритенький, или огурчик с бородкой)..."»

Вина за чужой порок

В одном из очерков о Блоке (1880–1921) Максим Горький (1868–1936) приводит записанный им рассказ проститутки о забавном эпизоде, случившемся с поэтом в одном из номеров дома свиданий на Караванной улице в Петербурге.
Как-то осенью, очень поздно и, знаете, слякоть, туман […] на углу Итальянской меня пригласил прилично одетый, красивый такой, очень гордое лицо, я даже подумала: иностранец […] Пришли, я попросила чаю; позвонил он, а слуга — не идет, тогда он сам пошел в коридор, а я так, знаете, устала, озябла и заснула, сидя на диване. Потом вдруг проснулась, вижу: он сидит рядом […] «Ах, извините, говорю, я сейчас разденусь». А он улыбнулся вежливо и отвечает: «Не надо, не беспокойтесь». Пересел на диван ко мне, посадил меня на колени и говорит, гладя волосы: «Ну, подремлите ещё!» И — представьте же себе! — я опять заснула, — скандал! Понимаю, конечно, что это нехорошо, но — не могу! Он так нежно покачивает меня, и так уютно с ним, открою глаза, улыбнусь, и он улыбнется. Кажется, я даже и совсем спала, когда он встряхнул меня осторожно и сказал: «Ну, прощайте, мне надо идти». И кладет на стол двадцать пять рублей. «Послушайте, говорю, как же это?» Конечно, очень сконфузилась, извиняюсь […] А он засмеялся тихонько, пожал мне руку и — даже поцеловал.

43481849_Glazunov_Neznakomka

Глазунов. И. Незнакомка
Read more...Collapse )

Tags: , ,

Leave a comment
X2tJsjsVmeFV283TaYL-kc4WyIh8XROs4o6whCXNJk3C8j6OgZBgw7d8jpKtlzLgLs8ipUTjIaLo2ownjX-4P4AQARdhJ7-NfwCog9oY2-k

Tags: ,

Leave a comment


Я говнистый человек, я это уверенно могу о себе заявить. Многих я на своем веку обидел.

Советский Союз я защищаю до смерти. Это была моя родина. Сейчас я живу бог знает где. Нас посетила какая-то чума. Но она скоро закончится. Самое главное оружие — это терпение. Нужно терпеливо воевать, не принимать и постоянно гадить этой чуме, пока она не сломается.

В 1990 году меня покусал энцефалитный клещ, у меня была температура сорок один в течение месяца. Но я смотрел матчи сборной Камеруна, они меня спасли, и писал песни — про дурачка, альбом «Прыг-Скок». Врачи говорили, что в любой момент меня может парализовать или я с ума сойду. Я не спал все это время. А потом взял — и неожиданно выздоровел, сам, без всяких лекарств. После этого я вообще ничего не боюсь.

Я с детства не любил мерить ступени шагами — я всегда перескакивал.

Я свое творчество объяснять не могу. Есть такой писатель Харуки Мураками. Он на своем сайте объясняет все свои произведения, что он в них вложил, как сочинил «Охоту на овец», допустим. И когда я это все прочитал, то сильно разочаровался. Перечитывать Мураками мне больше неохота.

Об искусстве, о творчестве берутся судить люди, не писавшие ни единой песни, ни одного стиха, ни одной картины. Кто может судить о Ван Гоге? Только какой-нибудь Босх. Кто может писать о Янке? Я могу писать. Но ведь пишет всякая сволочь!

Я не понимаю, как без веры и надежды можно что-либо вообще делать — хотя бы и гвозди забивать.
Read more...Collapse )

Tags: , ,

2 comments or Leave a comment