June 18th, 2019

плащ

Воровская баллада Вийона. Перевод и комментарии

Один из любимых моих поэтов, отчаянный босяк, гуляка и романтик ХV века Франсуа Вийон создал одиннадцать баллад на языке французских уголовников - кокийяров. До сих пор даже в самой Франции эти тексты до конца не переведены на «нормальный» литературный язык и не поняты. Русские переводчики не раз подступались к ним, но, честно говоря, безуспешно. Эти баллады перевели Е. Кассирова и Ю. Корнеев, однако, к сожалению, они практически не знают русского уголовного арго, и их переводы отличаются искусственностью. А ведь знать жаргон - это не просто быть знакомым с лексикой преступного мира. Язык «блатных» - особая эмоционально-экспрессивная система, его надо чувствовать. Иначе ничего не выйдет. Что нам и продемонстрировали наглядно названные выше переводчики (не в обиду им будь сказано; это не вина их, а беда).
Правда, замечательный русский переводчик Евгений Витковский в своей статье "Против энтропии" вступился за Кассирову и Корнеева, заявив:

"Елена Кассирова взяла на себя смелость перевести все одиннадцать баллад; притом использовав некий "синтетический" блатной жаргон, вызывающий лишь ощущение "фени", но на самом деле включающий слова из разных ее слоев; Юрий Корнеев перевел полностью только баллады из издания Пьера Леве (и одну - из не известного ученым до середины XIX кодекса Кристины Шведской), им, однако, был использован просто немного устаревший блатной язык ХХ века... Е.Кассирова, используя известный эксперимент Л.Гумилева и С.Снегова (по переложению научно-исторического текста на синтетически-блатной), пока что создала единственный полный и достаточно убедительный для русского читателя вариант переложения вийоновских "баллад кокийяров".

 Увы, на самом деле Лев Николаевич Гумилёв перевёл отрывок из исторического сочинения "Отпадение Нидерландов от Испании" НА ПОДЛИННЫЙ РУССКИЙ УГОЛОВНЫЙ ЖАРГОН 30-х-50-х годов, а не на "синтетический"! Уж он-то этот жаргон прекрасно знал как сиделец. Снегов, помнится, не переводил классику на блат (он вообще жаргон не любил), а всего лишь поместил перевод Гумилёва в своей книге "Язык, который ненавидит". В любом случае, блестящая ирония Гумилёва стала возможной именно потому, что он излагал исторический текст на реальной "фене"! Искусственный же язык "под блатной" - просто убогость. При том, что против Кассировой как переводчика я ничего не имею. Речь идёт о ПРИНЦИПЕ ПЕРЕВОДА.
Я попытался переложить моего старого знакомца Вийона на современный русский уголовно-арестантский жаргон - переложить со смаком, с куражом, так, как он, по моему мнению, написал бы это сам. Разумеется, это - не перевод в собственном смысле слова. Это очевидно. Хотя бы потому, что читатель сталкивается с реалиями, незнакомыми средневековой Франции. Но для меня главным было передать энергию стиха, его сочность, свободу... Надеюсь, Франсуа остался бы доволен моим переводом.
********

Collapse )